Рори Макилрой, уже ставший чемпионом Masters и завершивший Карьерный Большой Шлем в прошлом году, ожидает, что в следующем месяце ему будет легче добиться второй победы на этом престижном турнире. Североирландский гольфист с нетерпением ждет возможности вновь облачиться в зеленый пиджак.
В ходе телеконференции, состоявшейся за три недели до защиты титула, 35-летний гольфист из Холивуда представил меню ужина для «Клуба Мастерс» и выразил надежду вновь провести его в следующем году уже в качестве двукратного победителя.
«Конечно, я очень рад предстоящей неделе турнира и возможности защитить свой титул», — заявил вторая ракетка мира, отметивший успешное восстановление после недавней травмы спины. «Я знаю, что защита титула Masters — это довольно редкое достижение, и я бы очень хотел его повторить».
Только Джек Никлаус (1966), Ник Фалдо (1990) и Тайгер Вудс (2002) смогли выиграть Masters дважды подряд. Хотя Макилрой не обращался за советом к этим легендам, он надеется, что вторая победа далась бы ему легче.
«Я уже выигрывал его, и мне не нужно побеждать снова, чтобы завершить Большой Шлем», — пояснил гольфист из графства Даун, чья захватывающая победа в плей-офф над Джастином Роузом в прошлом году сделала его шестым игроком в истории, завоевавшим все четыре главных титула.
«Думаю, это было как два в одном. Очевидно, я очень хотел выиграть Masters, но в то же время осознавал, что эта победа даст мне и рядом с кем она меня поставит», — размышлял Макилрой. «Но теперь, когда я уже победил однажды, мне кажется, это сделает следующую победу немного легче», — заключил он.
Вместо того чтобы нести бремя ожиданий, Макилрой уверен, что прибудет на турнир с чувством свободы.
«Наличие парковочного места на стоянке чемпионов, использование раздевалки чемпионов, проведение ужина во вторник вечером — дело в том, что я знаю, что смогу возвращаться на турнир Masters всю оставшуюся жизнь», — поделился он. «И это очень освобождающее чувство».
Он признался, что финальный раунд, где он чередовал вдохновляющие «птички» с досадными ошибками, прежде чем окончательно обыграть Джастина Роуза на первой дополнительной лунке, был самым напряженным в его карьере.
«Не думаю, что какой-либо сыгранный мной до этого раунд гольфа может сравниться с чувствами и эмоциями, которые я пережил в то воскресенье», — подчеркнул Макилрой.
Макилрой рассказал, что Masters заставил его улучшить короткую игру и паттинг, поскольку изначально ему было трудно понять, почему Фил Микельсон так агрессивно играл на этом поле.
«Помню, я тогда подумал: ‘Что он имеет в виду?'» — вспоминал Макилрой об их тренировочном раунде примерно 15-летней давности. «Я чувствовал противоположное. Мне казалось, что здесь нельзя быть агрессивным, потому что слишком много плохих мест, куда можно промахнуться».
«Но думаю, у Фила была и, вероятно, до сих пор есть такая большая вера в свою короткую игру, что даже если он промахивается при агрессивном подходе к лунке, он все равно чувствует, что может вывести мяч из сложной ситуации».
«И, я думаю, став лучше в паттинге, немного поработав над короткой игрой и улучшив свои навыки вокруг гринов, я, вероятно, смог стать более агрессивным при подходе к лункам в Огасте».
«Полагаю, это сыграло большую роль в том, почему я в итоге там победил и почему моя игра там улучшалась с годами», — заключил гольфист.
Что касается травмы спины, он оптимистично оценивает свое восстановление и не планирует участвовать в других турнирах до Masters.
«Кажется, я восстановился довольно быстро», — сказал он. «Было бы неплохо сыграть те два дополнительных раунда на Bay Hill. Но я очень доволен тем, как мое тело отреагировало на эту небольшую неудачу, и с нетерпением жду возможности хорошо поработать дома в течение следующих нескольких недель, а также несколько раз съездить в Augusta National, чтобы поиграть там».
Что касается ужина Masters Club, он не случайно включил «Слайдеры из лосятины» в список закусок.
«В преддверии прошлогоднего Masters мне прислали большую партию лосятины, я много ее ел и не хотел, чтобы она была основным блюдом», — объяснил Макилрой.
В меню также будет ирландская нотка — колканнон или чамп, в качестве гарнира.
«В детстве я ел чамп мисками», — признался он.
